Уральские самоцветы – Imperial Jewelry House

[14786681848]

Русские Самоцветы в доме Imperial Jewellery House
<br>Ателье Imperial Jewellery House многие десятилетия работали с самоцветом. Не с любым, а с тем, что добыли в землях между Уралом и Сибирью. Самоцветы России — это не собирательное имя, а реальный природный материал. Кварцевый хрусталь, извлечённый в Приполярье, обладает другой плотностью, чем хрусталь из Альп. Малиновый шерл с побережья Слюдянского района и тёмно-фиолетовый аметист с Урала в приполярной зоне имеют включения, по которым их можно опознать. Ювелиры мастерских распознают эти особенности.<br>

Принцип подбора
<br>В Imperial Jewellery House не рисуют эскиз, а потом ищут минералы. Зачастую — наоборот. Нашёлся камень — появилась идея. Камню позволяют задавать форму изделия. Тип огранки определяют такую, чтобы сберечь массу, но раскрыть игру. Бывает самоцвет хранится в кассе долгие годы, пока не обнаружится удачный «сосед» для серёг или третий элемент для пендента. Это долгий процесс.<br>

Примеры используемых камней

Демантоид. Его находят на Среднем Урале. русские самоцветы Травянистый, с сильной дисперсией, которая выше, чем у бриллианта. В работе капризен.
Уральский александрит. Уральского происхождения, с узнаваемой сменой оттенка. Сейчас его добывают крайне мало, поэтому работают со старыми запасами.
Халцедон голубовато-серого тона голубовато-серого оттенка, который именуют «камень «дымчатого неба»». Его залежи встречаются в Забайкальском крае.

<br>Огранка Русских Самоцветов в доме часто выполнена вручную, старых форм. Используют кабошон, плоские площадки «таблица», гибридные огранки, которые не стремятся к максимальному блеску, но подчёркивают природный рисунок. Вставка может быть слегка неровной, с оставлением части породы на тыльной стороне. Это осознанное решение.<br>

Металл и камень
<br>Каст выступает рамкой, а не основным акцентом. Золотой сплав используют в разных оттенках — красное для тёплых топазов, жёлтое золото для зелени демантоида, белое золото для аметиста холодных оттенков. Порой в одном украшении сочетают два-три оттенка золота, чтобы сделать плавный переход. Серебряный металл используют редко, только для специальных серий, где нужен прохладный блеск. Платиновую оправу — для больших камней, которым не нужна конкуренция.<br>

<br>Результат — это изделие, которую можно узнать. Не по брендингу, а по почерку. По тому, как сидит самоцвет, как он повёрнут к свету, как сделана застёжка. Такие изделия не выпускают партиями. Даже в пределах одних серёг могут быть различия в цветовых оттенках камней, что считается нормальным. Это результат работы с натуральным материалом, а не с синтетикой.<br>

<br>Следы ручного труда сохраняются заметными. На внутри шинки кольца может быть не удалена полностью след литника, если это не влияет на комфорт. Штифты креплений крепёжных элементов иногда оставляют чуть толще, чем минимально необходимо, для надёжности. Это не грубость, а подтверждение ручной работы, где на первом месте стоит надёжность, а не только визуальная безупречность.<br>

Взаимодействие с месторождениями
<br>Imperial Jewelry House не берёт Русские Самоцветы на биржевом рынке. Есть связи со артелями со стажем и частниками-старателями, которые годами поставляют камень. Знают, в какой партии может оказаться редкая находка — турмалин с красным ядром или аквамарин с эффектом ««кошачий глаз»». Порой доставляют сырые друзы, и решение вопроса об их распиле выносит совет мастеров. Ошибиться нельзя — редкий природный объект будет испорчен.<br>

Представители мастерских ездят на участки добычи. Нужно оценить условия, в которых камень был образован.
Закупаются крупные партии сырья для перебора на месте, в мастерских. Отсеивается до 80 процентов материала.
Оставшиеся камни переживают предварительную оценку не по классификатору, а по мастерскому ощущению.

<br>Этот подход противоречит современной логикой поточного производства, где требуется стандарт. Здесь нормой становится отсутствие стандарта. Каждый важный камень получает паспортную карточку с указанием месторождения, даты поступления и имени огранщика. Это внутренняя бумага, не для заказчика.<br>

Сдвиг восприятия
<br>Русские Самоцветы в такой обработке становятся не просто просто вставкой в ювелирную вещь. Они превращаются предметом, который можно изучать самостоятельно. Кольцо-изделие могут снять с пальца и выложить на стол, чтобы следить игру бликов на фасетах при смене освещения. Брошь-украшение можно повернуть тыльной стороной и рассмотреть, как закреплен камень. Это предполагает другой способ взаимодействия с вещью — не только носку, но и изучение.<br>

<br>В стилистике изделия избегают буквальных исторических цитат. Не создаются копии кокошников или боярских пуговиц. При этом связь с традицией ощущается в масштабах, в подборе цветовых сочетаний, отсылающих о северной эмальерной традиции, в чуть тяжеловатом, но комфортном чувстве изделия на человеке. Это не «новое прочтение наследия», а скорее использование традиционных принципов к нынешним формам.<br>

<br>Редкость материала диктует свои правила. Линейка не обновляется ежегодно. Новые поставки бывают тогда, когда сформировано достаточное количество качественных камней для серии изделий. Иногда между важными коллекциями могут пройти годы. В этот период выполняются единичные изделия по прежним эскизам или дорабатываются долгострои.<br>

<br>В результате Imperial Jewellery House существует не как завод, а как мастерская, ориентированная к данному minералогическому источнику — «Русским Самоцветам». Процесс от получения камня до итоговой вещи может занимать непредсказуемо долго. Это долгая ремесленная практика, где время является одним из незримых материалов.<br>

[投稿者]

投稿